Небо и земля

Земля и небо в поэме М.Ю. Лермонтова "Демон" реализуются как образы миров, условно параллельных друг другу. Обычно понятие "параллельный мир" связывается с ирреальным, фантастическим и обозначает пространство вымышленное и независимое от мира основного. Но в поэме два мира и их представители признают существование друг друга, ощущают связи между собой и своеобразно взаимодействуют. В таком противоречии заключается условность параллельности.

Исходя из классического понимания системы параллельных миров для каждого мира параллельный ему будет восприниматься как вымышленный, изначальный мир определить нельзя. В поэме же за счет подчеркивания ролей Демона, Ангела и, соответственно, Бога, за счет фокусировки на Демоне и его переживании (а этому действительно уделена большая часть произведения, чем внутренней борьбе Тамары и скорби ее отца Гудала о смерти дочери) считывается ориентир на религиозное сознание, предполагающее создание мира Богом. С одной стороны, это можно трактовать как изначальность мира небесного. С другой стороны, исходя из того, что до Бога мира как бы не было вообще - как одновременное возникновение двух миров и неприменимость к ним характеристики "изначальное".

Двоемирие - элемент романтической эстетики, в период расцвета которой М.Ю. Лермонтов и создавал свои произведения. Для романтизма первый мир - это пространство обыденности, суеты, непонимающей черни. Герой разочаровывается в нем, устает и пересыщается, начинается его стремление к другому, идеальному и свободному миру. Здесь двойственность в понимании изначальности обретает особое значение.

Дело в том, что если мир небесный действительно первичен, то выходит, что мир, отрицаемый романтическим героем, возник из мира, ставшего целью героя. Мир-цель мог быть знаком герою прежде. Так, рай был утрачен, появился мир за пределами рая, из которого хотелось бы выбраться и вернуться. Если же миры равноправны, то мир-цель, а также устремление к нему существовали с первой секунды, антагонизм к миру существования героя появился заочно. Разобраться в возможных вариантах можно лишь пристальнее рассмотрев миры и состояние героя в них.

Единство и борьба противоположностей

Заглавный герой поэмы - Демон, он занимает центральную позицию в системе персонажей. Демон устойчиво связывается с представлениями о романтическом герое. Во-первых, он обладает богоборческим началом (противостоит в борьбе за Тамару Ангелу - посланцу, ставленнику и представителю Бога, а прежде, исходя из культуры за пределами текста, восстает и становится падшим ангелом), почему и оказывается изгнан на землю. Он вынужден "ничтожной властвуя землей", сеять зло без наслаждения, что можно трактовать как выполнение задачи неприятной, навязанной и тягостной. Задачи, при работе над которой герой понимает, что его призвание в ином, более возвышенном деле, что ему хочется найти себя в чувстве. Так, во-вторых, направление деятельности, навязанное обыденным миром герою, его не устраивает. Наконец, его образ оказывается трагическим, а идеал - недостижимым: в момент соединения с Демоном Тамара умирает, Ангел забирает ее в рай, куда Демону путь заказан.

Иллюстрация Михаила Врубеля к поэме Михаила Юрьевича Лермонтова "Демон" - Демон летящий

М. Врубель "Демон летящий"

Как уже было сказано, Ангел - герой, противопоставленный Демону. Их передвижения между мирами построены противоположно. Представим схему: горизонтальными параллельными линиями изображаются земля и небо. Когда Демон опускается с небес на землю (представим наклонным вектором по направлению к нижней прямой, на последней обозначим точку), на земле обозначается точка его пребывания, его "точка зрения", позиция взгляда на мир. Это также точка пребывания Тамары. Демон хочет подняться в идеальный мир, вспоминает его с грустью, но сделать ничего не может, что представляется как вектор-пунктир обратно к верхней прямой.

Аналогично представим передвижения Ангела. Его точка - в небе. С точкой Тамары его связывает пунктирный вектор - отображение недосягаемости: "И Ангел грустными очами На жертву бедную взглянул И медленно, взмахнув крылами, В эфире неба потонул". Но когда душа Тамары поднимается в рай, сопровождает ее Ангел - появляется не иллюзорное, мыслимое движение, а реальный вектор пути от точки на земле к точке на небе.

Передвижения двух героев зеркальны, а зеркало в эстетике романтизма связывается с переходностью, со связью двух миров. Так подтверждается осознание мирами друг друга. Их взаимодействие реализуется через круговорот героев - кто-то умирает и поднимается, а кто-то спускается. Учитывая, как сильна тема смерти в поэме (умирают и будущий муж Тамары, и она сама, упоминаются мертвые предки в роду), понимаем: круговорот, обмен между мирами идет постоянно. Два мира замыкаются друг на друге и почти сливаются в единое целое - представляя мир, читатель не всегда может провести границу между образами неба и земли.

Пограничники

Некоторые элементы, средства художественной выразительности или мотивы отчетливо характеризуют либо небо, либо землю. Тем не менее, есть и пограничные образы, которые позволяют установить соотношение между двумя пространствами. Например, караваны и конь, песня, клятва. Сочетание в образе отсылок к небу и к земле одновременно становится маркером момента соприкосновения миров.

"Кочующие караваны в пространстве брошенных светил", - метафора соединяет реальные караваны, позже появляющиеся в эпизоде путешествия жениха Тамары с богатыми дарами и, соответственно, движущиеся по земле, со светилом как принадлежностью небесного. Она появляется при воспоминании Демона, уже связанного с землей, о прошлых днях и о своей ангельской, небесной природе.

Иллюстрация Михаила Врубеля к поэме Михаила Юрьевича Лермонтова "Демон" - Несется конь быстрее лани

М. Врубель "Несется конь быстрее лани..."

Далее о коне, донесшем мертвого жениха до дома невесты, говорится так: "... Прислушается к ветерку, Широко ноздри раздувая; То, разом в землю ударяя Шипами звонкими копыт...". Ветер воспринимается как небесное, так как не соприкасается с землей, в то время как копыта не только примыкают к земле, но и ударяют в нее, усиливают привязку коня к поверхности.

"... песнь была нежна, Как будто для земли она Была на небе сложена!" - Демон, приближаясь к монастырю Тамары, слышит песню, и та навевает ему ассоциации с ангелами и забытой дружбой. Это момент не только сближения неба и земли в сознании Демона, но и пролог к объяснению Демона - существа приближенного к земле, но в сознании хранящего небо - с Тамарой, земной героиней.

Наконец, когда по просьбе Тамары Демон клянется в отсутствии лукавства в своих мотивах, он смешивает разнообразные воплощения земного и небесного. Первое проявляется в падении, аде, земной святыне, последнее - в первом дне творения, ангелах и самом небе. Клятва - момент предельного сближения двух пространств и кульминация поэмы.

Ложный идеал

Небо - пространство Бога, Ангела и рая. "Как гром, слетела божья кара!". Гром является небесным явлением и направляется с неба на землю. Через сравнение Бог размещается на небе. "Он [Бог] занят небом, не землей", - также отвечает Демон на сомнения Тамары о том, что Бог видит ее грех. Становится очевидной формальная связь неба с идеальным и вожделенным миром в идее романтического двоемирия.

Во многом небо характеризуется косвенно через собственные доминантные состояния. Оно бывает светлым и темным, чистым и туманным, с солнцем и с луной, восточным или закатным. Однако наиболее часто из всех данных параметров на лексическом уровне повторяются слова с корнем - ноч- (ночной, ночь, полуночный и другие) - 17 повторений. Против того слова в корнем -ден- и его вариациями (день, дневной) не используются как обозначение времени суток, чаще появляются в таких выражениях как "целый день", "изо дня в день".

Восточные (рассветные) лучи возникают в тексте лишь два раза, тогда как закатные - 5. Солнце и луна появляются в одинаковом количестве случаев. Чистым небо называется лишь 1-2 раза, в то время как его затуманенность отмечается порядка семи раз. Стоит также отметить семь упоминаний звезд.

Таким образом, реализации неба в повествовании связаны с темнотой, с ночью и закатом как временем переходности с уклоном в мрачность и загадочность, с туманом - маркером аморфности. Коннотативный ряд от данного набора лексических репрезентаций создает в сознании читателя впечатление негативное и тяжелое. Устанавливается связь с приглушенной цветовой гаммой. Возникает ощущение неразличимости объектов, их слияния и перехода друг в друга.

Тамара представляется небезразличной небу. Сама она в момент разговора с Демоном восклицает: "На что душа тебе моя? Ужели небу я дороже Всех, не замеченных тобой?". Её речь путанная и непонятная, но в ней сквозит предощущение и страх смерти. Складывается впечатление, что душа - ресурс, востребованный на небе, используемый богом. И душа Тамары - ценнее, чище, лучше.

Вариант интерпретации подтверждается и высказыванием Ангела в финале. Он несет на небо душу Тамары и говорит о ней как о сотканной из лучшего эфира, добавляя: "Они не созданы для мира, И мир не создан был для них!". Для чего тогда появляются подобные души? И для кого создан мир? В логике прочитываемого образа неба оказывается, что души возвращаются в рай, усиливая его идеальность и вожделенность, а земля остается для неугодных небу персонажей, а также для собственно взращивания душ-ресурсов.

Получается, образ неба райского, божественного и противопоставленного грешной земле передается через призму демонического (недаром Демон становится заглавным и центральным персонажем) и предстает в негативном свете. Идеал обнаруживает собственную недоступность, потому как нужны ему не все. Круговорот существ между небом и землей заключается в получении ресурса душ на небо и отстранении на землю неугодных идеальному миру.

Рай на земле

Земля в полноте своего образа противопоставляется небу. Как и любой обыденный, низкий мир романтизма, она очень ограниченная. Так, Демон сулит Тамаре лучшее, что может дать: "Я дам тебе всё, всё земное", - возникает предел, определенный пространством. Пространство ничтожно и пустынно.

Земля грешная - сюда изгоняют Демона, здесь эпитет "грешный" сам по себе становится эквивалентом уточнения "земное" - указателем на некую недостаточность и неполноценность, упрощенность (ангел земной, рука земная). Радость здесь также не может быть полной.

Тем не менее, образ земли тоже не прост и не очевиден. Во-первых, речь в поэме не идет ни об одной равнине, события разворачиваются на горах или около гор - они либо упомянуты "в общем виде", либо конкретно называются Кавказ, Казбек. В литературной традиции Кавказ устойчиво ассоциируется с романтизмом, движением к идеальному миру и свободной мыслью. В поэме же он, скорее, становится показателем высоты как способа приближения к идеальному миру. Например, на горе погребена Тамара, душа которой как раз присоединяется к небесному пространству.

Во-вторых, выстраивается ряд реальных географических названий: Кавказ, Казбек и Грузия. Последняя описывается как счастливый и пышный край. Появляется также обозначение "земной святыни". В пространстве земного мира, таким образом, обозначается фрагмент не грешного, не ничтожного, живого - своеобразный рай на земле, земной идеал. Земля сама в себе уподобляется общей системе двух миров.

Иллюстрация Михаила Врубеля к поэме Михаила Юрьевича Лермонтова "Демон" - Демон и Ангел с душой Тамары

М. Врубель "Демон и Ангел с душой Тамары"

Градация идеалов

Образы земли и неба в поэме М.Ю. Лермонтова "Демон" призваны показать два разных мира. Как то типично для идеи романтического двоемирия, они взаимодействуют. Связь заключается в возвращении в небесный мир лучших, тончайших душ и ссылке в земной мир персонажей, неугодных миру идеальному. Эпизоды сближения миров отмечаются сочетанием небесного начала с земным в образном ряду.

Исходя из классических мерок романтического двоемирия, можно предположить, что небесный мир - воплощение идеала. Однако идеал становится темным, зацикленным на самом себе, обретает негативные коннотации, в то время как земной мир (предположительно на позиции ограниченного и противного романтическому герою) обнаруживает в себе светлые стороны, собственные святыни, личный рай.

Так, канон романтизма пересматривается Лермонтовым, осмысляется по-своему. Выстраивается градация идеалов, и оказывается, что формально самый высший из них, изначальный вовсе не создан для ищущего, неспокойного героя, что человеку стоит ориентироваться на золотую середину - мир райский, но сформированный в раю на земле. Мир, выстроенный на основании представлений о двух других гранях - небесной и земной.