Мотив неба является назывным мотивом, то есть утверждает явление в его стабильности. Обычно он проявляется не в действиях, но в описаниях, внесюжетных элементах. Так, спокойное, глубокое, ясное небо противопоставляется ситуации, рассказ о которой сопровождает его описание – чаще всего, ситуации войны с ее хаотичностью.

Небо в большинстве случаев обозначается в романе сходными, устойчивыми словосочетаниями: «это небо» или «высокое звездное небо», что подчеркивает его нерушимость. Оно реализуется как отображение вечного и прекрасного мира (в значении спокойного и счастливого бытования), мира абсолютного, не подверженного ни влиянию светского общества, ни влиянию войны. Базовая характеристика сопровождается различными элементами-примесями света или войны к абсолюту неба.

Например, в первом томе перед Шенграбенским сражением в небе висит огромный шар солнца. Его видит и русская армия, но в описании с позиции Наполеона появляется дополнительное сравнение - «как огромный пустотелый багровый поплавок». С одной стороны, оно подчеркивает кровопролитность грядущего сражения. С другой – напоминает о «короле-солнце» Людовике 14 и указывает на положение императора среди его войск, на его самомнение и блуждание в тумане искусственного мира призраков величия. Следовательно, небо оказывается в условиях войны связано светскими отношениями.

Как мы уже поняли, основные характеристики неба сохраняются, но один из параметров – высота – оказывается достаточно динамичным. Наиболее отчетливо это проявляется в эпизоде охоты Ростовых. Начинается он с мысли об утре, «лучше которого ничего не могло быть для охоты: как будто небо таяло и без ветра спускалось на землю». Далее: «Туманное небо продолжало незаметно и равномерно спускаться на землю». Небо начинает само по себе сжиматься и уменьшать масштаб. Потому оно и становится удачным для охотника – уменьшается размах, разбег охоты.

Но в иных случаях это не сулит ничего хорошего. Например, для Андрея: «Как будто тот бесконечный свод неба, стоявший прежде над ним, вдруг превратился в низкий, определенный, давивший его свод, в котором все было ясно, но ничего не было вечного и таинственного». Постижение неба, таким образом, становится таинством. Небо заключает в себе вечные ценности для человека. И, наконец, важной становится неопределенность, незнание, что будет дальше и определение этого со временем – одна из идей, над которой Толстой размышляет в романе.

Небо выступает как один из элементов широкого и открытого пространства, преимущественно – боевого поля. Взгляд на небо позволяет максимально раздвинуть рамки, предельно увеличить масштаб. Но, как правило, описания неба сопровождаются описаниями солнца, воды, гор, тумана, и взгляд снова сужается, концентрируется на мелочах. То есть незамутненный, абсолютный мир описывается редко и оказывается, буквально, невозможен.

Небо постоянно чем-то скрыто от внимания человека. Преимущественно это туман, реже – дым. Ночной туман к утру оставил на высотах только иней… в лощинах же туман расстилался еще молочно-белым морем.; Единственное движение, которое было в воздухе, было тихое движение сверху вниз спускающихся микроскопических капель мги и тумана.; Прежде ясное вечернее небо все было застлано дымом. Небо будто скрывает самое себя, само отказывается становиться доступным и открывать свои тайны любому.

Внимание обычного человека не акцентируется на небе, и истинная, крепкая связь с ним становится доступна только ищущему герою. Пьер или Андрей, с которыми и связаны сцены, где небо играет особую роль, находятся в постоянных духовных метаниях, стремятся постичь и сформулировать философские цели своих жизней. Обращение к небу для них становится моментам переворота, прозрения.

Так, Аустерлицкое сражение меняет взгляд Андрея Болконского на войну. Если прежде ему казалось, что это способ реализовать свою гордость, добиться статуса и повысить свое общественное положение, то потом это перестает иметь значение. Сцена становится не только узловой в первом томе романа, но и ключевой в судьбе Андрея.

Косвенно это распознается через противопоставление ясности и туманности. Так, во время и до сражения - туман не только существует в своем обычном виде, но занимает и головы военных (каждый ищет личную выгоду, нет общего духа, солдаты разрознены). Замутнён рассудок и у князя Андрея. Зато после сражения над Аустерлицем открывается чистое небо, которое развеивает туман не только над полем боя, но и в голове Болконского.

Аналогично в сцене между Пьером и Андреем на пароме указание Пьера на неба становится напоминанием Андрею о той высоте, которую он увидел в сражении. Благодаря открытым глазам Андрей снова воспрял духом и отошел от жизни отшельника, снова открылся для жизни во всех ее возможностях. Свидание с Пьером было для князя Андрея эпохой, с которой началась хотя во внешности и та же самая, но во внутреннем мире его новая жизнь.

По той же логике Николай Ростов распознает свою любовь к Соне, а Андрей начинает что-то чувствовать к Наташе как раз таки в ночи, под открытым небом, что тоже становится вариантом смены состояния, переходом. Подобное происходит преимущественно ночью, под черным, звездным небом.

Пьер обращается к небу до и после Бородинского сражения. До он видит комету и угадывает предзнаменование. Возможно, он подтасовывает цифры и факты, но это опять же порождает в нем новые желания, новые силы, мотивирует его на дальнейшие подъем и движение и снова направляет по пути исканий к истине. Пьеру казалось, что эта звезда вполне отвечала тому, что было в его расцветшей к новой жизни, размягченной и ободренной душе. После сражения, куда он приезжает после мыслей о комете, Пьер видит чистое звездное небо.

Другая встреча Пьера с небом происходит, когда он уже в плену. Он видит глубину неба, которую уже постиг ранее, с которым вошел в контакт. И появившаяся после этого духовная широта не может более быть заперта ни стенами барака, ни светским миром, ведь, как говорит Пьер: «И все это мое, и все это во мне, и все это я!»

Реже, обычно перед боевыми действиями, небо открывается Наполеону. Изначально через Аустерлицкое сражение Наполеон и небо противопоставляются, причем Толстой акцентирует внимание на этом противопоставлении: Наполеон казался ему столь маленьким, ничтожным человеком в сравнении с тем, что происходило теперь между его душой и этим высоким, бесконечным небом с бегущими по нему облаками. … так мелочен казался ему сам герой его, с этим тщеславием и радостью победы, в сравнении с тем высоким, справедливым и добрым небом… … фигура маленького, ничтожного Наполеона и над всем этим высокое небо.

Далее перед сражением, которая история считает поворотным для войны 1812 года – Бородинским, Наполеон снова смотрит на небо. Начинало светать, небо расчистило, только одна туча лежала на востоке. В остальных эпизодах военных действий небо не оказывалось чистым: в эту минуту солнце стало скрываться за тучами; прежде ясное вечернее небо все было застлано дымом; небо и горизонт были одного и того же цвета мутной воды; сквозь снежинки виднелось черно-лиловое звездное небо. Так, небо предвещает переход удачи на сторону русских войск. Мотив неба становится не только показателем перемен, но и мотивом-резонатором, развивающимся параллельно с авторской мыслью. Небо как олицетворение ценностей противопоставляется Наполеону, поэтому и с мыслями об убийстве врага Пьер видит высокое и чистое небо.

С Данило также связан мотив небо. Отвечая перед господами Ростовыми, он стремился скорее выйти из их покоев на простор, из-под потолка под небо. Думаю, это показывает, что абсолютный мир противопоставляется и светскому обществу, и господским покоям. Он в большей степени оказывается доступен тем, кто по факту обществу не принадлежит.

Ближе к концу четвертого тома и, соответственно, концу войны Петя Ростов видит сон. Сны, как правило, предрекают будущие события, а в данном случае сон как раз начинается с очищения неба: «Небо было такое же волшебное, как и земля. На небе расчищало, и над вершинами дерев быстро бежали облака, как будто открывая звезды. Иногда казалось, что на небе расчищало и показывалось черное, чистое небо. Иногда казалось, что эти черные пятна были тучки. Иногда казалось, что небо высоко, высоко поднимается над головой; иногда небо опускалось совсем, так что рукой можно было достать его».

Более значимых упоминаний неба в романе не встречается, что говорит о том, что предсказание сбывается. По нему нравственная жизнь России становится чище, хотя не отмывается совсем. Ценности и вера становятся тем, до чего реально дотянуться. Наконец, масштаб расширяется настолько, насколько это возможно. Стоит отметить, что прежде по меркам Николая Ростова: «На небе было черно и скучно, на земле было весело», - то есть ценности на земле не воспринимались.

Наконец, небо становится воплощением бога. Перед своим первым боем Ростов шепчет: «Тот, кто там в этом небе, спаси, прости и защити меня!». Памятник над могилой маленькой княгини изображает ангела, готового подняться на небо, к богу. Наконец, на молебне перед Бородинским сражением икону проносят под открытым небом – опять же: под небом просторным и чистым. Небо шире, больше, значительнее бога, но оно менее постижимо, поэтому, воплощая бога, выражает доступную форму свободы и мира. С другой стороны, герои, кому удается постичь само небо (Пьер, Андрей), оказываются гораздо ближе к правде жизни.

Таким образом, мотив неба позволяет распознать в романе следующие идеи:

  • Небо – воплощение ценностей (бог, абсолютные мир и свобода), его постижение – таинство.

  • Небо противопоставлено и светскому, и военному обществу. Отдельно противопоставляется Наполеону.

  • Прежде оно само скрывается от ограниченных светских и военных людей, но постепенно, после настойчивых ищущих героев, начинает раскрываться всем.

  • Простому человеку, не общественному и не военному, небо и его специфика доступны и понятны изначально.

  • Мотив неба выступает как показатель перемен и мотив-резонатор, отражающий развитие авторской мысли.